Трагедия сплотила борчан

(19 февраля 1901 года был зарегистрирован Устав Борского вольного пожарного общества)

Память наших отцов и дедов сохранила в подробностях траге­дию пожара 1893 года в селе Бор. До конца 50-х годов всем прохожим по улице Крестовоздвиженской (ныне улица Ленина) напоминала об этом событии резьба на фронтоне дома Дединевых с точной датой пожара: «26 июня 1893 года».

…26 июня, в субботу, на Бору был обычный базарный день. К 12 часам базарная площадь оставалась ещё многолюдной. Вдруг на Калачной улице (ныне улица Ленина от дома № 82 до № 100) из дома братьев Чардымовых, где располагалась мелочная лавка, полых­нуло пламя. Погода стояла ветреная, поэтому горящие головни летели вдоль села в сторону Волги. Сразу вспыхнуло несколько десятков домов. Обезумевшие люди хватали первое, что попадало под руки, и несли в самое безопасное место — на берег Везломы. Возвращаясь, видели, что от жилья оставались одни головешки.

С Калачной улицы огонь перекинулся на Базарную (ныне начало улицы Луначарского). Пожар заметили в Нижнем Новгороде. Из Кремлевской части города на помощь борчанам отправи­ли пожарных с бочками и трубами. Руководил огнеборцами заведующий пожарным депо г. Кар­пович. Переправлялись через Волгу с тру­дом: в то жаркое лето река так обмелела, что буксир тя­нул паром по песку. В селе было всего 10 труб (приемных ру­кавов), что крайне недостаточно. А помощь из Нижнего прибыла только в половине тре­тьего. Нижегородские пожарные разделились на две группы: одна сдерживала распространение огня в сторону собора, другая пыталась отстоять конец села, работая против ветра. На баркасе речной полиции "Стрела" при­был губернатор Н.М. Баранов. Быстро оценив обстановку, приказал сосредоточить силы по­жарных у Напольной церкви, чтобы огонь не уничтожил деревню Макарово. Задержали огонь перед кладбищем с церко­вью. К тому времени и ветер сменился. За полчаса до огнеборцев прибыла рота Окского резервного батальона: они дошли от Волги до села беглым маршем. Половина солдат стала охранять имущество погорельцев от ма­родёров, вторая часть двинулась на помощь из­мученным в борьбе с огнем местным крестьянам.

На место пожара прибыли и медики во гла­ве с губернским врачебным инспектором г. Ер­шовым, земские врачи, городовые, санитарный отряд общества Красного креста с сестрами милосердия. К великому облегчению, смертель­ных случаев не было, но многие оказались с ожо­гами и ушибами. Пожар свирепствовал 5 часов. И все это время губернатор находился в гуще событий. Огнем было уничтожено 226 домов, 157 семей остались без крова. Сгорели здание сельского управления, дом Баташевой, в котором была квартира судебного следовате­ля, но сохранилось помещение сельской школы. У Знаменского собора уцелели только два дома, в том числе каменный - церковный. На Набережной (крайней) улице уцелел один дом. Частично уцелел порядок домов, граничащий с селом Мухино (ныне улица Пушкина), а на улице Папанина - дом-долгожитель Драницыных, сохранив­шийся во время пожара.

Пожар на Бору был событием не только местного, но и губернского значения. Он встре­вожил власти и, прежде всего, нижегородского губернатора Николая Михайловича Баранова. Через день после случившегося, 28 июня, он рапортует министру внутренних дел ИЛ. Шремыкину: «26 сего июня, в торговом селе Бор Семёновского уезда вспыхнул от неосторожного обращения с огнём в доме крестьянина Чардымова пожар. По моему распоряжению на место пожара было отправлено из Н. Новгорода более трети пожарной городской команды, её усилия­ми пожар был локализован. Всего истреблено огнём 226 домов с надворными постройками. Убытки в общей сложности простираются до 165 000 рублей. Свыше 750 человек остались без крова и пищи, но в настоящее время они уже снабжены от Семёновской Уездной Земской Управы и крестьян соседних селений необходи­мыми припасами на первые три дня».

Об искренней обеспокоенности Николая Михайловича, его постоянном личном внима­нии к судьбе погорельцев села Бор свидетельст­вуют его распоряжения. Во всех губернских газе­тах с 28 июня по 4 июля в разделах «Городская хроника» и «От нижегородского губернатора» печаталось обращение подобного вида: «В с. Бор пожар уничтожил 226 домов, 150 семей остались без крова. Живут в шалашах. Для оказания первой помощи образован местный комитет под председательством предводителя дворянства г.Бологовского. Пожертвования присылать можно в комитет или в канцелярию губернатора».

В канцелярии губернатора продолжалась подписка в пользу погорельцев. Например, вдо­ва статского советника Е.И. Молчанова прислала одну тысячу рублей, почётный потомственный гражданин И.Н. Журавлёв пожертвовал 500 руб­лей. Ежедневно газета «Волгарь» печатала сообщения о денеж­ных поступлениях от студентов, детей, работни­ков больниц, базаров.

Все это доказывает, как широко жители всей губернии были оповещены о горе боровчан и какое живейшее участие в нём приняли мно­гие нижегородцы во главе с губернатором.

Значительная материальная помощь (каж­дому домохозяину по 40 рублей) была оказана по духовному завещанию А.П. Бугрова (к тому времени сам Александр Петрович Бугров уже умер). Его сын Н.А. Бугров также не остался в сто­роне от благотворительной акции. «Хлебопро­мышленник Бугров пригнал весной 1894 года ле­су из расчёта по 10 "дерев" на каждый двор и дал по 10 "рублев" на дом деньгами. К выставочному 1896 году село более-менее отстроили».

Уже нет в живых свидетелей той беды, но народная память сохранила многие штрихи пе­режитого. Случилось так, что тушить пожар было не­чем и некому. Две пожарные машины без приём­ных рукавов сгорели в первые же минуты. Почти всё взрослое население, особенно мужчины, на­ходились в жаркую дневную пору в лугах за Везломой на сенокосе. В домах остались лишь мало­летние дети да старики...

Запах гари и дыма ощущался более полуго­да, пока снежный покров зимой не замёл следы разыгравшейся трагедии. Что пережили наши предки в те роковые минуты, можно лишь до­мысливать и предполагать.

На сельском сходе решили восстанавливать и строить дома на той земле, которую оставили им предки, и не искали какого-то другого места обитания. А впредь, чтобы не повторился огненный ураган, поставить на его пути заслон: создать надёжную пожарную дружину. Инициаторами её создания стали М.И. Орлов, А.П. Пономарёв, И.В. Козлов.

19 февраля 1901 года был зарегистрирован Устав Борского вольного пожарного общества. Оно состояло из почётных и действительных членов, «охотников» и жертвователей. Полноправным членом общества мог стать молодой человек мужского пола не моложе 21 года.

Для огненной стихии не существует границ. Поэтому в основе действий соседствующих волостных пожарных дружин, а они были созданы в Рожнове (1898), Большом Сукине (1903), Кантаурове (1911), Юрасове и Развилье (1914) и других, лежал принцип: обслуживать селения, до которых быстрее могли добраться ближайшие огнеборцы. Так, в зоне действий Рожновской дружины оказались 21 селение собственной волости и два селения Владимирской волости. В район действия Владимирской дружины (1912) входили кроме 30 населённых пунктов своей волости, 6 — из Рожновской и 14 из Борской волостей.

В составе пожарной дружины села Владимирово было 123 «охотника»: 62 качальщика, 22 лазальщика, 15 водоснабжателей, 12 топорщиков, 10 трубников, 2 монтёра. В её правление подбирались самые уважаемые жители округа: председатель - С.А. Спирин, староста - П.П. Зорин, секретарь - Н.О. Гмырочкин. Список почетныхчленов дружины насчитывал более 50 человек, включая губернатора и генерал-губернатора. Содержалась дружина в основном на средства и добровольные пожертвования Д.В. Сироткина, «Товарищества братьев Нобель» и других попечителей.

Чего только не было среди инвентаря огнеборцев каждой из дружин: пожарные маши­ны, водовозные бочки, паруса и лестницы, простые и складные крюки с верёвками, ломы и топоры, заступы и лопаты, сигнальные рож­ки, наливные трубы с рукавами, металлические каски. А на Бору — даже инструменты духового оркестра. До сих пор стоит на улице Ленина здание своеобразной архитектуры из красного кирпича - борская пожарная каланча-вышка. Находясь на ней, дежурный дозорный, увидев пожар, звонил в сигнальный колокол. На вершине здания находился огромный бак, вода из которого использовалась для тушения. На улицах Бора сооружались различные накопители - ёмкости с водой: железные баки на кирпичных столбах или большие деревянные бочки, а иногда ямы, выложенные кирпи­чом и отштукатуренные изнутри.

Весь Бор был разбит на участки, за кото­рыми закреплялись определённые лица. На каж­дом доме имелась табличка с изображением предметов, обязательных для использования на случай пожара, таких как, топор, ведро, багор. К пожарной команде приписывались и лошади каждого из хозяев. Даже мальчишки имели свои поручения: один - бежать и открывать ворота конюшни, второй - надевать на лошадь хомут, третий - оповещать соседей.

Обрушившаяся в июне 1893 года бе­да сплотила селян, заставила организоваться и навести порядок во всех сферах жизни, будь то содержание и ремонт колодцев, очистка озер и речушек, соблюдение правил ухода за заливны­ми лугами. Сообща, помогая друг другу, начали они отстраивать свои жилые дома.

Восстановление Бора затянулось примерно на 10 лет. Заново была отстроена улица Крестовоздвиженская. В эти годы началось строительство частных домов из дорогостоящего кирпича. На прежнем месте каменный дом отстроил И.И. Шерстнёв, недалеко от него выстроил дом А.И. Московцев (ныне улица Ленина, 117).

К началу XX века село Бор выглядело в пря­мом смысле возрождённым из пепла, блистая свежей узорчатой резьбой деревянных налични­ков и карнизов и позолотой куполов двух своих церквей.

Вера Седых

по материалам книги «Борское Заволжье в фотографиях»

Фото из исторического формуляра

Борского гарнизона пожарной охраны